Колыбельные пирóги

В радиоэфире Гребенщиков рассказывает об участи бездомных детей. Его речь настолько глубоко проникает в мою душу, что я оказываюсь на зелёной поляне, на которой, как уверяет БГ, находилось нежилое здание, где ночевали несчастные. В стороне же красуется своей роскошью новый четырёх- или пятиэтажный дом. Музыкант, аскетически довольствуясь малым, скромно сидит рядом на железном остове старой скамейки и указывает рукой на детей. Причём каждый из них поначалу отсутствует физически в данном месте – ребёнок воплощается из воздуха только в тот момент, когда Гребенщиков направляет на него свой жест.

Вскоре, однако, в стройном повествовании теряется нить, накал, и возможность продолжить интересную тему исчезает безвозвратно. Вместе с умолкшим музыкантом я теперь нахожусь в некоем странном магазине. На полу разложены необычные лодки: это коричневые, просмоленные пирóги настолько малого размера, что в них может поместиться разве что грудничок. Гребенщиков объясняет, что назначение этих лодочек – детские колыбельные.

У дальней стены я замечаю стеклянный шкаф, в котором хранится яркое полотнище, изображающее то ли обложку Аквариума, то ли анонс новой концертной программы группы. Сшитое из плотной, даже немножко грубой ткани, произведение ручной работы имеет вытянутую форму: метра полтора в длину на полметра в ширину. Разговорившись по поводу это ткацкого плаката, мы с Борисом Борисовичем начинаем обсуждать самые семейные темы и в такой интимной беседе проводим время вплоть до самого вечера.

20.07.2005

Сновидения

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.